Депутат ЗС Иркутской области Алексей Козюра: Мы перестали видеть великое в повседневном

<img src="/upload/000/u2/5b/b4/dec35ade.jpg" "="">

15 февраля, IrkutskMedia. Люди перестали видеть великие события в современности, считает депутат Законодательного собрания Алексей Козюра. В интервью корр. ИА IrkutskMedia парламентарий рассказал о своем становлении, историческом взгляде на повседневность, работе комитета по здравоохранению и соцзащите, антиалкогольном законе и искусстве «быть живым».

— Алексей Викторович, расскажите немного о себе. Где родились, учились, работали?

— Родился я в Иркутске в сентябре 1974 года, в семье преподавателей педагогического института. Школу я окончил в замечательном в 1991 году. Получив историческое образование, я все события оцениваю с точки зрения исторической значимости для государства. 1991 год, конечно, был для всех нас переломным. Вы, я думаю, помните, как историю учили в наших учебных заведениях? До 1917 года новая, а после 1917 года — новейшая. В нашем сознании сложилось что 1917-й — год Великой Октябрьской революции, когда произошли такие изменения, повлиявшие на всю мировую историю. То же самое можно сказать и про 1991 год. В моей жизни распад страны совпал с окончанием школы, выпускным балом, поступлением в вуз, первыми студенческими вечеринками. Многие говорят, что 1990-е годы были тяжелыми для страны. Конечно это так. Но для меня они были счастливыми, студенческим годами. Мне было все равно, что носить и голоден ли я. Главное было — с кем я общался, что читал и слушал. Я был на знаменитом концерте Янки Дягилевой в Иркутске; был на концерте Бориса Гребенщикова в августе 1991 года, после которого шел ночью под дождем домой в Солнечный, потому что не ходили троллейбусы. На этом историческом фоне я вырос, сформировался как личность.

Я поступил на исторический факультет в педагогический институт, где преподавал мой отец, а на кафедре работала моя мама. Поступать было очень сложно. Мы сдавали три экзамена, а проходной бал был 14: на трех экзаменах нужно было получить две пятерки и одну четверку, но большинство моих однокурсников поступили с 15-ю баллами. Многие не закончили, почти половина студентов ушла, было очень сложно. Большинство из доучившихся сейчас кандидаты и доктора наук. Тогда у нас в моде был Лев Гумилев, и мы открывали для себя новый подход в изучении истории: мы обсуждали это, писали какие-то дурацкие работы, выступали с ними на студенческих конференциях, гордились ими и считали, что совершили какие-то великие открытия в науке. Ни один из наших преподавателей ни разу не посмеялся над нами, все поддержали нас в этом деле и создали все условия, чтобы мы сами осознали его суть. Они учили нас учится. Мы много спорили о происходящем – о кризисе, о распаде великого государства, о новых политических партиях. Через несколько лет после окончания вуза мне посчастливилось побывать в Москве на очень интересном конгрессе общественных организаций в «Горбачев Фонде». Там, я абсолютно случайно, гуляя с товарищами, набрел на кабинет Михаила Сергеевича Горбачева. Я зашел к нему и лично разговаривал с первым президентом СССР. Я спрашивал его о событиях которые сам переживал, задавал вопросы, на которые не мог найти ответы. Как для историка, для меня это было очень важно. Человек, который определял мировую политику в переломное для страны время чуть ли не со слезами на глазах говорил «Знаете Алексей, я хотел одно, а получилось другое». Слушал Горбачева и вспоминал наши споры в студенческих аудиториях. Очень хотелось, чтобы это слышали мои друзья.

В 1996 году я окончил университет и поступил в аспирантуру, начал писать кандидатскую диссертацию о генерал-губернаторе Восточной Сибири Николае Николаевиче Муравьеве-Амурском. Однако аспект был взят конкретный — формирование дальневосточной политики нашего государства. Именно Муравьев-Амурский добился создания в Иркутске дипломатической канцелярии, которая самостоятельно вела отношения со странами-соседями по дальневосточной границе Российской империи. Поскольку коммуникации между Иркутском и Санкт-Петербургом были растянуты во времени, из-за расстояний, принятие решений затягивалось. В 2000 году я защитил диссертацию и получил степень кандидата исторических наук, но уже к тому времени преподавал в педуниверситете. 14 лет я посвятил этой работе, получая бесконечное удовольствие от того, что готовил учителей истории.

— Как вы пришли в региональную политику?

— Я читал лекции по новейшей истории стран Востока, и преподавание истории этого периода вывело меня на осознание современных политических процессов. Политическая культура, в которой мы сегодня проживаем, та самая культура, о которой вы, журналисты, пишете, формировалась не сегодня, а в прошлом веке, в эпоху великих событий и научных открытий, строительства городов и промышленного освоения огромных территорий. Поколение, которое сегодня определяет политическую культуру сформировано в это время. Но сегодня происходят такие события? Конечно да! Возвращение Крыма, строительство Керченского моста и космодрома Восточный — разве не грандиозные исторические события? При этом мы не видим и не гордимся друг другом, перестали ценить время. Я как преподаватель скажу, что мы плохо учили историю, если гордимся прошлым, надеемся на будущее и совершенно не ценим настоящее.

Убежден, что новейшая история должна нам дать опыт государств, эффективно прошедших переходный период. Многое из того, что происходит сегодня в нашем государстве, уже происходило в иных обществах и там были найдены пути преодоления кризисных явлений и внешнего давления. Преодоление кризиса распада СССР показало, что политические силы 90-х явно не справляются. Владимир Путин, пришедший в начале столетия, по сути, остановил распад страны и в результате появилась партия «Единая Россия». Она родилась сверху, по заказу политической элиты, которая видела, что страна трещит по швам. Само ее название ее указывает на стремление, какими угодно способами, остановить распад, преодолеть кризис, сохранить целостность и суверенитет государства. Мне были понятны эти явления. При этом среди молодых политиков были мои друзья, хорошие знакомые. Я постепенно влился в это сообщество, начал консультировать партию, участвовать в избирательных кампаниях и, 30 апреля 2010 года меня вызвала председатель ЗС Иркутской области Людмила Михайловна Берлина и предложила постоянное участия в работе регионального отделения партии. Любому другому партийцу я бы отказал, но Людмила Берлина была, есть и будет для меня абсолютным авторитетом. Я вступил в партию.

В 2013 году я принял участие в предварительном голосовании и попал в списки. Решил что именно в избирательном округе №15, будучи депутатом, я смогу быть максимально эффективным. И не только потому, что там очень много проблем, а еще потому, что там есть талантливая, работоспособная и яркая команда мэров и глав муниципальных образований.

— По какому принципу вы выбрали комитет для работы?

— Я изначально хотел пойти в социальный комитет. Работая в ЗС я понял, что законотворчество — очень сложный процесс. Я сидел у себя в комитете до глубокой ночи и изучал его. Отработать один, даже рамочный закон, стоит огромных усилий большого количества человек. Людмила Михайловна тогда рекомендовала мне пойти в комитет по здравоохранению и социальной защите и сказала, что я буду эффективен именно там. Кроме того, я должен был работать с общественными организациями и следить за соблюдением регламента. Регламент практически ни разу не был нарушен даже при самых сложных процессах. Информационная политика, которую проводит Законодательное собрание Иркутской области довольно сбалансирована, признаю, что есть вещи которые стоит корректировать и нужно быть более открытыми в процессах. То, что мы в этом созыве запустили электронный парламент, и весь законотворческий процесс от внесения до принятия, стал доступен любому гражданину через интернет — это тоже прорыв. И в этом есть заслуга нашей информационной политики.

— Расскажите о самом важном событии в работе вашего комитета.

— В этом созыве мы подняли вопрос о необходимости строительства областного многофункционального детского медицинского центра. В один из очередных визитов в областную детскую клиническую больницу, мы увидели, что по сути центральная больница не дает импульса для развития. Там нет поликлиники, нет пансионата для родителей, нет оборудования и персонала. Нужно было выделить финансирование на модернизацию. Тогда я задал вопрос «Коллеги, если мы сейчас деньги дадим, у нас получится нормальная больница?». Не получится. Мы решили рассмотреть проект новой больницы, на новом месте. Такой, которая отвечала бы не только нормам СанПин, а, прежде всего, требованиям новейшего времени. Такой больницы, которой нет в России. Сегодня этот проект поддержан на всех уровнях государственной власти и если нам удастся его реализовать, то он качественно изменит и детское здравоохранение, и Иркутскую область в целом.

Именно мое педагогическое, гуманитарное образование позволяет мне быть убежденным, что самое главное не стены, мебель или отремонтированные помещения, а люди, специалисты, которые работают. Считаю, что закон о привлечении медицинских кадров, который был разработан комитетом по здравоохранению и социальной защиты регионального парламента, можно считать одним из важнейших решений. У нас сложилась такая ситуация, что привлечение кадров в учреждение здравоохранения в Иркутской области осуществляется не системно, без должного лидерского контроля областной государственной власти. После сложных и продолжительных обсуждений и детальной проработки законопроекта мы пришли к взаимопониманию — приняли этот закон, заложили небольшие деньги на старт.

— Алексей Викторович, сейчас мы перейдем к антиалкогольному закону. Скажите не как депутат, а как гражданин гражданину, зачем он нужен?

— Как гражданин, могу сказать следующее. Ограничение на продажу алкоголя уже введены и существуют. Я говорю не о федеральных, а о региональных ограничениях, которые введены постановлением правительство Иркутской области еще в далеком 2011 году. И то, что сейчас спиртное нельзя продавать в жилых домах после 23.00 часов — результат действия этого документа.

Есть гражданский кодекс, в котором написано, что любое ограничение права и свободы гражданина, в том числе экономического оборота, может быть введено только федеральным или региональным законом. Поэтому родился закон: он не вводит что-то необычное и новое, он дает гражданину, воспитанному в свободном обществе, понимание, что любое ограничение может быть введено законом и не может быть изменено по субъективному желанию.

— То есть, в этой инициативе нет ничего экстраординарного?

— Более того, абсолютное большинство субъектов РФ, за исключением четырех, давно приняли этот закон.

— А зачем это нужно?

— Во-первых, чтобы процесс был законным. Во-вторых, чтобы формировалась цивилизованная культура взаимоотношений продавца и покупателя. Невозможно запретить человеку пить водку, это глупо. Если человек хочет выпить, то его никто не остановит. Даже если все точки продаж закрыть. Сам закон это не борьба с алкоголизмом, а один из шагов по изменению ситуации и отношения общества. Как вы относитесь к тому, что в некоторых супермаркетах водку ставят рядом с памперсами, детскими игрушками и зубными щетками?

— Для водки должно быть свое место и ничего сопутствующего.

— Оказывается, Вы мой единомышленник! Все-таки ограничения должны быть? Да, это поддержание нормального порядка, который формируется законом. Человек понимает, что нельзя убивать, воровать и есть законы, которые запрещают это делать. Алкоголь не простой, не обыденный продукт которым можно и с памперсами рядом продавать. Почему это правильно?

— Это продукция, которая вредит здоровью. Курение и алкоголь — это осознанный выбор человека. Они не должны продаваться рядом с другими товарами.

— Абсолютно верно. Ведь оружие, лекарства продаются отдельно, в специализированном месте. Эти вещи мы принимаем. Мы приняли запрет на торговлю табаком рядом с социальными объектами, а как дело коснулось алкоголя, пошли споры. Закон не ограничивающий, а формирующий культуру. Жизненно необходимо особое общественное отношение к алкоголю. Мы обязательно придем к тому, что алкоголь будет продаваться только в специализированных магазинах. В нашем государстве это уже было и успешно работало. Современное поколение воспитано на принципе «запрещать запрещено». Не надо запрещать, надо создавать разумные ограничения. Запрещать — это путь к протесту и формированию искаженных общественных отношений.

— В этом году пройдут выборы в Заксобрание. Вы планируете участвовать в праймериз «Единой России»?

— Отвечу так. Планирую проехать по округу и задать этот вопрос людям — главам, общественности, активистам и сам для себя буду отмечать, сколько человек сказали «да» и сколько «нет». И если до конца марта большинство скажет мне «да», то приму решение участвовать.

— Есть ли у вас какой-то свой секрет эффективной работы депутата? Каким должен быть парламентарий?

— Никакого секрета и не может быть. Самое тяжелое в работе депутата — прием граждан. Принятие законов, участие в серьезнейших политических процессах, принятие решений по каким-то судьбоносным моментам — это сложно, но не тяжело по-человечески. А прием граждан — это очень тяжело. Потому что ты встречаешься с людьми, вникаешь в их ситуации, которые подчас бывают настолько тяжелыми, что смотришь на себя и собственное окружение как на самых счастливых людей в мире. У людей на пожаре сгорает все, что было; у людей умирают родители и дети; людей увольняют с работы без надежды устроиться на другую; мужья или жены уходят и бросают собственных детей. Вот с этим люди приходят к депутату.

Выслушать, понять и помочь в сложных вещах — это очень важно. Когда ты перестаешь ощущать человеческую боль, тогда не надо избираться в парламент. Это рабочее место, на которое тебя нанимают, чтобы ты представлял интересы большинства людей. Депутат тот человек, который должен быть постоянно живым. Как только ты начинаешь думать, что ты элита — это конец. Поэтому рецепта нет — надо просто быть живым.

Справка: КОЗЮРА Алексей Викторович. Родился 7 сентября 1974 года в Иркутске. Окончил школу №25, поступил на исторический факультет Иркутского государственного педагогического университета. В 1999 году, окончив аспирантуру по кафедре Всемирной истории ИГПУ, защитил кандидатскую диссертацию. После этого 14 лет работал на историческом факультете ИГПУ доцентом, старшим преподавателем кафедры Всемирной истории. С 2010 года совместил работу в вузе с работой в региональном исполнительном комитете партии «Единая Россия». В 2013 году был избран депутатом Законодательного собрания второго созыва от Черемховской региональной группы. В настоящее время работает заместителем председателя комиссии по регламенту, депутатской этике информационной политике и связям с общественными объединениями на постоянной основе. Член комитета по здравоохранению и социальной защите.

Фото irk.land

Депутат ЗС Иркутской области Алексей Козюра: Мы перестали видеть великое в повседневном
13:08
176

Не забудьте поделиться с друзьями →

Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...