Захват байкальских берегов: когда государство играет в рэкетира

На берегах Байкала продолжается настоящая фантасмагория, связанная с системным захватом легальных туристических баз и гостиниц. К началу 2018 года захват принял такие масштабы, что есть смысл говорить об активном участии в нем не только депутатов Госдумы, но и государственных чиновников высокого уровня, не говоря уже о прокуратуре и судах.

Байкал и люди

Существует три различный точки зрения на туризм и в целом на пребывание людей на Байкале.

Первую исповедуют идеалисты от экологии, которых немало. По их мнению, необходимо все берега Байкала превратить в заповедники, ликвидировать все поселки и населенные пункты, уничтожить всю промышленность и не пускать на священное озеро никого, кроме ученых. При этом идеалисты забывают о том, что непосредственно на берегах озера проживает около 200 тысяч человек, в том числе находится три города, около десятка крупных поселков, а поселок Листвянка ходит в границы миллионного мегаполиса «Большой Иркутск». Кроме того, по берегу Байкала проходит две железные дороги, в том числе Транссиб, которые чисто физически невозможно никуда перенести.

В качестве аргументов сторонники этой позиции приводят печальную судьбу американских Великих озер, вся жизнь в которых была практически уничтожена вредными стоками промпредприятий.

Вторая точка зрения — прямо противоположная. Ее приверженцы утверждают, что Байкал — точно такой же природный ресурс, как и нефть, и ее нужно эксплуатировать на полную катушку. Само собой, не загрязняя, а используя как привлекательный для туристов объект. Соответственно, развивая инфраструктуру, сеть дорог, турбазы, гостиницы, сервисы. Примеров такого обращения с природными ресурсами более чем достаточно — взять, к примеру, озеро Сиху в китайском Ханчжоу, вокруг которого проживает около семи миллионов человек, не считая десятков миллионов туристов в год. Что, однако, не мешает поддерживать озеро в хорошем экологическом состоянии.

И, наконец, третья, компромиссная, позиция реализована, к примеру, на соседнем с Байкалом монгольском Хубсугуле. Там запрещена хозяйственная деятельность на берегу и строительство промышленных предприятий, однако всячески приветствуется туристическая деятельность. На берегу озера находятся десятки турбаз с туалетами, горячей водой, стационарными гостиницами. Однако установка палаток и разведение костров разрешены только на специально отведенных местах и за определенную плату. Попытка установить палатку или развести костер в неположенном месте, равно как и выбросить мусор мимо мусорного бака, наказываются очень высокими штрафами.

Какая концепция в настоящее время реализована на Байкале? Никакая. Несмотря на то, что Байкал входит в список объектов природного наследия Юнеско, на него по сути всем наплевать. Любой турист может забрести в любое место на Байкале (кроме заповедников), поставить палатку, наловить рыбу, развести костер и оставить после себя гору мусора. Формальный контроль есть только на территориях нацпарков, но при наличии одного работника нацпарка на пару десятков его километров, это скорее фикция.

Нет никакого порядка и в работе турбаз. В правительстве Иркутской области существует такая странная структура, как Агентство по туризму. Чем оно занято, кроме организации «Зимниады» — не знает никто. Любая попытка получить хоть какую-то информацию о порядке строительства турбаз и правилах их функционирования натыкается на полное непонимание вопроса со стороны работников агентства. По большому секрету один из ответственных сотрудников агентства признался Бабру, что таких правил вообще не существует.

История вопроса

Первоначально федеральный «Закон о Байкале», принятый в 1999 году, предусматривал водоохранную зону Байкала на расстоянии 500 метров от берега. Эта норма устраивала всех, в том числе владельцев турбаз, о которых мы расскажем ниже. На расстоянии 500 метров от берега запрещалась любая деятельность, строительство, разведение костров, организация кемпингов, движение автомобилей.

Закон соблюдали далеко не все. В частности, в заливе Шида на Малом море некоторые постройки подходят к берегу на 10-15 метров. Однако именно их прокуратура полностью игнорирует. По некоторым данным, в этой местности находятся дачи некоторых депутатов Госдумы и Совета Федерации. Судя по тому, что в заливе постоянно болтается катамаран, который, по слухам, принадлежит сенатору Виталию Шубе, в этом есть доля истины.

В заливе Куркут ситуация не лучше — забор турбазы подходит прямо к урезу воды.

Залив Куркут, июль 2017 года © Фотобанк Бабра

Так называемые «палаточники», массово заполоняющие берега Байкала с июня по сентябрь, совершенно игнорировали нормы закона. А наличие палаточников игнорировали и игнорируют все без исключения надзорные органы. Только в 2017 году работники Прибайкальского нацпарка начали контролировать разведение костров и установку палаток, и то лишь в одном месте — в районе поселка Хужир на Ольхоне.

Июль 2017 года, Малое море © Фотобанк Бабра

Отметим, что практически весь мусор на берегах Байкала оставляют именно палаточники. Они приезжают на берег «отдохнуть» в худших российских традициях, и после них на берегу остаются горы упаковок, бутылок (хорошо, если не битых) и естественных человеческих отходов. Как правило, палаточники располагаются вместе с автомобилями на расстоянии 5-6 метров от уреза воды.

Однако в 2015 году под давлением ЮНЕСКО, экологов, а также политических популистов (о них тоже ниже) «Закон о Байкале» был изменен. Водоохранная зона была совмещена с Центральной экологической территорией. Это означает, что на расстоянии от 80 до 140 километров от берега запрещено всякое строительство, промышленная деятельность, продажа земли и захоронение покойников. В водоохранную зону попали города Байкальск, Слюдянка, Северобайкальск, около 40 поселков. Любое строительство теперь полностью запрещено. Под «санкции» попали около 140 тысяч человек. Формально в зону входит и Иркутск, в котором согласование любого строительства превратилась в увлекательный квест с взятками и откатами на экспертизы.

Отметим, что в водоохранную зону попали также два участка железной дороги, которые на значительном протяжении проходят прямо по берегу Байкала и по определению являются мощным источником экологического загрязнения. Речь идет о Транссибе от города Слюдянка до станции Мысовая (около 170 километров) и на БАМе от города Северобайкальск до поселка Нижнеангарск (около 30 километров). Однако никаких возражений против функционирования автомобильной и железной дороги в этих районах не последовало. РЖД неприкосновенна.

Начиная именно с 2015 года, началась волна отказов в регистрации земельных участков и массовых исков в отношении владельцев как туристических баз, так и зданий в прибрежных поселках. Прокуратура возбуждала дела по факту незаконного приобретения земли и просто отбирала собственность.

При этом в Росреестре, который аннулировал частную собственность на землю, категорически отрицают связь с изменением водоохранной зоны. По мнению сотрудников Росреестра, волна отказов в регистрации права на землю связана с расположением земель на участке Всемирного природного наследия. Этот статус Байкал получил в 1996 году, однако активные действия против собственников начались в 2015 году.

Росреестр и прокуратура туманно объясняют такой двадцатилетний разрыв «отсутствием правоприменительной практики».

Турбазы и не-турбазы

Массовое строительство туристических баз на берегах Байкала началось в середине «нулевых». Сейчас мало кто может поверить в то, что еще в начале 90-х можно было приехать в популярную бухту Радости и не увидеть ни одной палатки, а то и вовсе оказаться в полном одиночестве.

Пляж в бухте Радости, июль 2017 года © Фотобанк Бабра

Судьба практически всех маломорских турбаз (а именно они подвергаются максимальной агрессии со стороны прокуратуры) практически одинакова. Их владельцы — близкие к туризму люди, которые долгие годы ездили семьями и компаниями отдыхать на Малое море в палатках. Как известно, в то время в этом районе действовала только одна старая советская турбаза «Маломорская», которую какой-то умник построил прямо посреди поселка Сахюрта.

Естественным образом у достаточно обеспеченных людей возникла идея превратить отдых в бизнес — а заодно поставить туризм на Байкале на цивилизованные рельсы. Все владельцы турбаз прекрасно понимали, что сотня туристов в палатках способна максимально загадить берег за очень короткий срок. Та же сотня туристов, разместившись в комфортабельных домиках, будет ходить в цивилизованные туалеты, питаться в кафе (а не готовить на кострах), а мусор оставлять в мусорных баках.

Дальше начались большие странности.

Правительство России в лице мэрии Ольхонского района без проблем выделило под турбазы территорию на берегу Байкала. Территория выделялась в соответствии с действовавшей на тот момент нормой 500 метров от берега и сдавалась в аренду.

Залив Куркут, 50 метров от берега. Июль 2017 года © Фотобанк Бабра

Скажем откровенно — турбазы строились кто во что горазд. Потому что — смотрим начало статьи — Агентство по туризму Иркутской области не имело и не имеет никаких правил строительства и функционирования турбаз на Байкале. Более того — владельцы турбаз сами приходили в Агентство по туризму и просили дать им эти правила. Чиновники честно не понимали, что от них хотят.

Примерно к 2010-2012 году турбазы заняли прочное место в экономике Ольхонского района, зарабатывая деньги и себе, и в бюджет, и принося гигантскую пользу по сокращению числа «палаточных» туристов. Как следствие, на берегах стало заметно чище. Владельцы турбаз прекрасно понимали и понимают, что чистые берега привлекут еще больше туристов, а потому следили за чистотой и по окончании летнего сезона самостоятельно собирали мусор.

В это же время большая часть турбаз убедилась в легальности и эффективности своего бизнеса, и обратилась к правительству России в лице мэрии Ольхонского района с предложением продать им землю в частную собственность. Отказ не получил никто, и почти все турбазы купили землю, на которой размещались. Еще раз повторим — легально, законно и по согласованию с властями.

Турбазы в бухте Радости © Фотобанк Бабра

В 2016 году ко всем владельцам турбаз пришли прокурорские работники и заявили, что земля приобретена незаконно, и ее необходимо освободить. Само собой, без какой-либо компенсации. Разговор у прокуроров был коротким — подавался иск в суд, на суде прокурор переглядывался с судьей, и решение выносилось в пользу прокуратуры. Никаких аргументов о том, что земля приобретена легально, и иск нужно подавать не в отношении владельцев турбаз, а в отношении мэрии Ольхонского района, судья даже не слушал.

Само собой, владельцы турбаз, люди, как правило, не самые простые и достаточно влиятельные, не оставили этот произвол без ответных ходов. На что им и прокурорские работники, и судьи недвусмысленно показали наверх и произнесли заветную фразу «команда из Москвы».

Властный гротеск

Создается устойчивое ощущение, что за всеми этими странными и нелепыми движениями кто-то стоит. И этот кто-то находится в Москве и имеет конкретную цель.

В регионы же «спущен» негласный приказ приложить все усилия для того, чтобы очистить байкальские берега. В результате иркутские правоохранители извиваются, как уж на сковороде, изобретая самые странные и нелепые поводы для отказов в регистрации земли.

В частности, прокуратура и суды утверждают, что:

1. Границы центральной экологической зоны байкальской природной территории являются границами Участка всемирного природного наследия. Это ложь. Границы Участка всемирного природного наследия озеро Байкал не установлены и не определены нормативным актом, принятым в рамках национального права.

2. Вся территория ЦЭЗ БПТ (Центральная экологическая зона Байкальской природной территории) ограничена в обороте и является федеральной собственностью. На самом деле границы водоохранной зоны установлены в отсутствие научно-обоснованного проекта границ для целостности и обоснованности границ ЦЭЗ БПТ. В результате необоснованного увеличения водоохранной зоны произошло блокирование развития огромной территории, в том числе и ее туристический потенциал.

3. Вся территория вокруг Малого моря, где размещены туристические базы, входит в границы Прибайкальского национального парка и, следовательно, является федеральной собственностью. Это ложь. Границы Прибайкальского национального парка до конца не установлены, срок установления определены до 2019 года.

К прессингу подключены депутаты Государственной Думы России, которые представляют владельцев турбаз главными нарушителями экологии Байкала. При этом, повторим, полностью игнорируется колоссальная экологическая нагрузка на экологию Байкала со стороны сотен тысяч «диких» туристов на автомобилях и с палатками, которые превращают берега Байкала в сплошную мусорную свалку. Этих туристов никто не контролирует и не собирается контролировать.

Любопытно, что прокуратура полностью игнорирует турбазы и гостиницы, принадлежащие гражданам Китая. В отношении этих турбаз не ведется никаких расследований, они не подвергаются прессингу, у них не отбирают землю. При этом уровень обращения с бытовыми отходами у китайских турбаз гораздо ниже, чем у российских. Упрощенно говоря, фекалии сливаются прямо в Байкал.

Турбаза «Баяр» © Фотобанк Бабра

Ситуация с отходами вообще создана, благодаря деструктивной деятельности федеральных властей, в таком виде, что на берегу Байкала не может по сути функционировать ни одна турбаза.

В настоящее время на большинстве турбаз стоят герметичные септики европейского производства, в которых жидкие бытовые отходы перерабатываются в сапропель — высококачественное экологичное удобрение. Это удобрение используется турбазами в собственных теплицах. Законодательство, однако, требует не перерабатывать отходы на месте, а вывозить их на полигон в Иркутск.

Что фактически означает смертный приговор для любой турбазы. Так как вывоз отходов намного превысит сумму доходов от туристического бизнеса. При этом, повторим, туристы-палаточники массово загрязняют берега Байкала, однако прокуратура их не замечает.

Мусор на Ольхоне.
Фотограф: Кирилл Шипицин © Фотобанк Бабра

Для примера, летом в бухте Радости отдыхает не менее тысячи человек каждый день. При этом бухта остается чистой. Если бы та же тысяча человек жила в палатках, то уже через месяц эту территорию можно было бы объявлять зоной экологического бедствия.

Зачистка Байкала?

Что же на самом деле кроется за таинственными «командами из Москвы» и совершенно безумными законами, генерируемыми Госдумой?

Версии две.

Первая версия — китайская. Известно, что китайцам очень нравится Байкал. И они готовы платить значительные средства для того, чтобы обеспечить своим гражданам привычный отдых на берегу озера.

Уже сейчас годовой поток китайских туристов в Иркутскую область составляет сотни тысяч человек, каждый из которых приносит организаторам тура не менее тысячи долларов. Еще раз повторим — именно организаторам тура, то есть китайским же предпринимателям. Китайские туристы живут в китайских гостиницах, питаются в китайских кафе и ресторанах и покупают ювелирку в иркутских магазинах, принадлежащих китайцам. Ни копейки доходов и налогов Россия от этого потока не получает. А получает только мусор на берегах Байкала и бесконечные конфликты.

Резонно предположить, что может существовать некая договоренность между российскими заинтересованными лицами и китайскими ассоциациями туроператоров (если не с правительством КНР) именно о вытеснении российских турбаз с Байкала и полной передаче озера для китайцев. За это российские заинтересованные лица получают либо какие-то коммерческие или политические преференции, либо просто часть прибылей. Напрямую в заграничный банк на анонимные счета.

Туристы едут на Ольхон © Фотобанк Бабра

Вторая версия — сочинская. Вспомним 2013 год. Под благовидным предлогом подготовки к зимним Олимпийским играм в Сочи, было жестко зачищено все прилегающее побережье Черного моря как от нежелательных местных жителей, так и от частных объектов инфраструктуры. При этом были грубо нарушены экологические нормы, проигнорирована ценность территории как заповедника, не было проведено никакой реабилитации территории.

В том же году, когда прошла Олимпиада, на этой территории начали массово возводиться гостиницы. Их владельцы, крупные московские предприниматели, получили землю под застройку в десятки раз дешевле, чем она обошлась бы им при официальной покупке.

Есть вероятность, что, отбив крупные суммы в Сочи, те же самые предприниматели обратили свои взгляды на Байкал и намерены провести аналогичную операцию. Им не нужна конкуренция со стороны недорогих местных турбаз. К тому же турбазы занимают самые живописные и привлекательные места.

В «сочинскую» версию укладывается и совершенно антинаучный запрет на вылов омуля, который умудрился «протащить» депутат Госдумы от Иркутской области Николай Николаев. Все иркутские и бурятские ученые в голос утверждают, что снижения популяции омуля не наблюдается — однако депутат с теологическим образованием, не моргнув глазом, проводит закон.

Не исключено, что к моменту разрешения вылова омуля, на Байкале не останется ни рыбаков, ни традиционных туристов. А потребителями омуля станут обитатели многоэтажных отелей, выросших на берегах Малого моря, Ольхона и других красивых мест.

Итого

Безусловно, порядок на Байкале нужен.

Безусловно, турбазы, прямо нарушающие экологические нормы, сливающие отходы в Байкал или в почву, работающие без лицензии, нужно жестоко наказывать.

Но это должен быть именно порядок, определенный конкретными правилами. И владельцы турбаз должны знать эти правила до того, как получили разрешение на строительство.

Сейчас государство играет не по правилам, превращаясь по сути в рэкетира, которого интересуют только его личные вопросы. В ситуации, когда государство играет не по правилам или меняет их на ходу, нет места порядку и закону.

Захват байкальских берегов: когда государство играет в рэкетира
14:22
67

Не забудьте поделиться с друзьями →

Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...