Место преступления – кабинет врача

18 марта 2018 года для совсем еще юной студентки тулунского медицинского колледжа стало роковой датой. Жизнь разделилась на до и после.

С момента происшествия прошло уже почти 3 месяца, но девушка до сих пор с содроганием вспоминает не только моменты насилия над собой, но и то, что происходило после. Неприятные следственные процедуры, давление на неё, на её близких, настойчивые и грязные слухи о том, что она якобы взяла деньги, что забрала заявление. Создавалось впечатление, что слухи эти распространяются с одной-единственной целью: опорочить и так пострадавшую девушку.

Менталитет некоторых моралистов устроен таким образом, что женщина, девушка не права уже изначально, потому что красива, привлекательна. Однако в данном случае главную роль играет то, как, где и при каких обстоятельствах было совершено преступление. Пьяный врач во время дежурства на рабочем месте… Это уже само по себе немыслимо и отвратительно.

Преступление произошло в кабинете УЗИ в отделении гинекологии Тулунской городской больницы во второй половине дня 18 марта. По словам студентов медколледжа, на этот день им была назначена пересдача экзамена по гинекологии. Этот предмет врач К. до декабря 2017 года преподавал в Тулунском медколледже. Студенты пересдали экзамен около 12 часов, а девушка немного опоздала, так как маршрутка из её родного села пришла примерно в 11-40.

— Насильственные действия по отношению ко мне произошли около 17-18 часов, — рассказывает пострадавшая. – Мне трудно вспоминать и говорить об этом. После совершенного насилия К. со мной разговаривал и говорил о том, что никто не должен знать о случившемся, угрожал мне. Поставив в зачетку «4», он выпустил меня из кабинета примерно где-то около 20 часов.

Всё это время, по словам потерпевшей, дверь кабинета была заперта на ключ. Дорогу из кабинета до ближайшей остановки девушка помнит с трудом.

— Я позвонила своей близкой подруге. Потом, не помня себя, села в такси и поехала к ней. Там у меня началась истерика. Подруга позвонила нашему куратору, вскоре та приехала, и они вместе с подругой уговорили меня вызвать полицию. Полиция приехала на вызов, состоялся допрос, потом мы поехали в следственный комитет на допрос, после чего произошел выезд на задержание К. в больничный комплекс.

На момент задержания несчастная девушка попросила одного из оперов, чтобы тот не подпускал близко к ней насильника. Она показала следователю место происшествия, где были изъяты улики. К. попросили переодеться и отдать вещи на экспертизу. Следователь в этот момент спросил, откуда у задержанного кровь на штанах. К. начал отпираться и говорить о том, что никакого насилия не было, что девушка просто пришла сдавать тест.

Немаловажно то, что в момент задержания он был пьян.

– При мне он выпил полбутылки водки, — вспоминает потерпевшая. – Остальную половину он допил со своим коллегой после случившегося. Когда я пришла к нему на экзамен, он уже был в состоянии опьянения. Однако я не придала этому значения, так как в колледже давно ходили слухи, что он выпивает на рабочем месте.

Побывав на месте происшествия, мы снова поехали в отделение полиции, в три часа ночи нас повезли на освидетельствование в наркологический диспансер. Там я рассказала врачу о мучивших болях, которые не покидали меня. Я сидеть не могла, было невыносимо больно. Врач, в ужасе на меня посмотрев, дала мне пожевать ватку, осмотрела мои сломанные ногти, подвела к аппарату, который проверяет на алкоголь, я вдула воздух, и он показал, что алкоголь в крови у меня отсутствует. Потом в кабинет зашел К. и сказал врачу о том, что аппарат неисправен. Врач произвел еще один анализ, результат оказался прежним, отрицательным. Затем, испытывая адские боли, я присела на стул и покружилась вокруг себя, выполнив нужные манипуляции, и доктор начала составлять акт. После чего началось освидетельствование К. У него был обнаружен алкоголь в крови. Врач спросила, сколько он выпил, на что он ответил, что 3-4 рюмки водки.

После освидетельствования насильник не раз пытался заговорить со своей жертвой. «Зачем ты это сделала?» — твердил он.

Удивительное дело, но никто не предложил девушке ни медицинскую, ни психологическую помощь.

Наступило 19 марта. Боли не прекращались, поднялась температура, и куратор вызвала девушке «скорую». Помощь ограничилась обезболивающим уколом.

— Лечь в больницу мне было предложено только через две недели после случившегося, — рассказывает девушка. – Однако я отказалась, так как боялась находиться в отделении. И хорошо, что я это не сделала. Вечером меня предупредили, чтобы я ни в коем случае не соглашалась на госпитализацию, так как в больнице К. – свой человек, и может произойти всякое.

Удивительно то, что экспертиза была проведена только 19 марта. Изначально, по словам потерпевшей, врачи Тулунской ГБ отказались проводить экспертизу, так как насильник К. — их коллега и друг! Прекрасное объяснение, не правда ли? А дальше начался ужас. Тулунская экспертиза вызвала сомнения у следствия, и была назначена другая, в г. Зиме. По словам потерпевшей, зиминская существенно отличалась от тулунской, так как тулунская была составлена «в слишком мягкой форме» и не отражала полной картины.

Получается, корпоративная сплоченность важнее жизни и здоровья человека? Лучше ещё раз растоптать честь и достоинство молоденькой студентки, чтобы выгородить мерзавца и дать ему возможность безнаказанно продолжать совершать мерзкие поступки?

— После экспертизы К. слал мне смс со следующим текстом: «Зачем ты это делаешь, это твоя плата за хорошую оценку? Я не ожидал такой подлости», — рассказывает девушка. — Он звонил 19 и 20 марта практически каждую минуту и с разных номеров. Со мной также связывался его защитник и друг — депутат Евгений Медведев. Он настойчиво намекал мне на то, что мы проиграем дело, что «такие дела» обыкновенно для женщин заканчиваются плачевно, а если он его выиграет, то потом подаст на меня заявление на возмещение морального и материального ущерба. Он также предлагал деньги моей подруге, чтобы та в свою очередь уговорила меня забрать заявление. (Запись разговора с «адвокатом и другом» есть в материалах следствия, слушали её и мы. Это отвратительно. Примеч. ред.)

В колледже мне сказали не появляться, так как там постоянно «дежурит» адвокат К. Медведев и наводит у одногруппников справки обо мне. Вскоре мне стало известно, что К. и Медведев ездили к моей сестре, предлагали ей деньги и утверждали, что все произошло по обоюдному согласию. Побывали они также и в нашей сельской больнице и школе, искали компромат на меня.

По словам потерпевшей, после случившегося она поняла, на кого стоит надеяться, а кто может предать в любую минуту.

– В ходе следствия я узнала о том, что моя одногрупница давала показания против меня, а после допроса садилась в машину к К.

Кошмар продолжался. Сестра потерпевшей, работающая фельдшером в детской поликлинике, стала настаивать на том, чтобы девушка зачем-то приехала в 18.00 в городскую больницу, якобы для того чтобы узнать результаты анализов. Сестра обещала тоже приехать туда. Однако девушка категорически отказалась ехать в ставшую страшным местом для неё больницу. К сестре же в ГБ, по словам потерпевшей, подошла главврач Гусевская. Главврач попросила подействовать на жертву изнасилования, чтобы та забрала заявление, дескать, он хороший специалист, и неизвестно ещё, была ли жертва девственницей до изнасилования. Интересно, как бы повела себя женщина-главврач, если бы подобное случилось с её дочерью?

На очной ставке, по данным редакции, подозреваемый в изнасиловании врач-гинеколог К. и его адвокат пытались запутать потерпевшую и убедить следователя в своей версии о невиновности К. Если бы не опытный иркутский правозащитник, представлявший интересы девушки, трудно представить, как пережила бы несчастная жертва очередной кошмар.

В ходе следствия подозреваемый К. признал факт периодического употребления спиртного во время дежурств в больнице. При этом жизнь и здоровье попадающих в больницу пациенток зачастую целиком зависят от него. Возникает резонный вопрос к министерству здравоохранения области: где контроль за деятельностью подведомственного учреждения и его руководства, где, во-первых, ощущается острая нехватка специалистов, а во-вторых, некоторые «специалисты» позволяют себе «время от времени» напиваться во время дежурств и подвергать риску жизнь и здоровье пациентов?

На прямой линии мы задали главе СУ СКР по Иркутской области Александру Бунёву вопрос относительно следственных действий по данному делу, на что тот ответил, что дело на контроле области, и всё будет в рамках закона. Следует заметить, что за период следствия сменилось уже три следователя, что говорит о сложности дела. Возможно, что под разговорами о том, что сотрудникам Тулунского следственного отдела предлагались деньги за развал этого уголовного дела, есть реальная основа.

Мы не просто следим за развитием событий, мы приложим все силы, чтобы справедливость восторжествовала, а преступник и те, кто позволил ему использовать служебное положение в гнусных целях, понесли заслуженное наказание. Выражаем огромную благодарность всем, кто помогает нам и несчастной девушке добиться справедливости. Тема не закрыта, и… не верьте слухам.

Источник: Газета «Компас»

17:48
259
Бабр

Не забудьте поделиться с друзьями →

Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
интернет магазин охота рыбалка иркутск
Новости по теме:
Иркутская область заняла по России 24 место из 85 регионов страны по эффективности организации проведения ЕГЭ. Оценку проводил Роспотребнадзор. По данным ведомства, первые 38 регионов, в том числе Прибайкалье, попали в «зелёную зону».
Вести Иркутск 23 часа назад 0