Тофалария под угрозой: региональная власть ставит коренной народ Сибири на грань выживания

Иркутяне, в чьей памяти еще свежи картины площади перед Центральным рынком конца 90-х, начала 2000-х годов, отлично помнят бесчисленные ряды лотков с табличками: «куплю струю кабарги», «куплю желчь медведя» и им подобные. Охотпродукция скупалась и продавалась фактически бесконтрольно, а государство не имело с этого никакого дохода. Когда же наши восточные соседи начали проявлять к этому сегменту рынка особый интерес, объем вращающихся на нем денег кратно увеличился.

Затем государство вновь вспомнило о своей руководящей и направляющей роли, ужесточив контроль за добычей и особенно за экспортом продуктов охотничьего хозяйства. Наряду с традиционным сибирским промыслом – собольими шкурками, в число наиболее востребованных товаров вошла и струя кабарги.

Дело в том, что струя кабарги является одним из важных компонентов для приготовления лекарственных средств в традиционной восточной медицине. А с учетом того, что Иркутская область сегодня обеспечивает более 50 % экспорта струи за рубеж, неудивительно, что именно в нашем регионе эта тема стала проблемной. Впрочем, так было не всегда.

В чем проблема с добычей и экспортом струи кабарги сегодня, и какие цели преследуют те, кто пытается вогнать в нищету сибирских охотников? Ответы – в материале ИА «Специальный репортер».

***

Сначала следует дать базовые пояснения, которые позволят вникнуть в суть вопроса даже неподготовленному читателю. Кабарга – это самый мелкий олень на территории России, который водится преимущественно в Восточной Сибири и Приморье. Как таковой, особой промысловой ценности он не представляет, потому и внимания на него в СССР обращали немного. Но есть одно «но»: мускусная железа, которая присутствует исключительно у самцов этого вида и содержит самый дорогой в мире продукт животного происхождения – мускус.

Мускусную железу и принято называть струей кабарги, а экспорт именно этого только из Иркутской области может достигать суммы в один миллиард рублей ежегодно. Естественно, мы говорим сейчас о легальном экспорте, то есть о том, с которого уплачиваются все необходимые налоги и пополняются бюджеты всех уровней.

В числе прочих охотников добычей кабарги в нашем регионе занимаются и представители коренных малочисленных народов Севера. Например, тофалары, компактно проживающие в таежном крае на юго-западе Нижнеудинского района – Тофаларии. Для них добыча кабарги – едва ли не единственный источник заработка, а охота и собирательство – традиционные виды промысла, обеспечивающие выживание нескольких тысяч членов общины уже не первое столетие.

Как выглядит механизм добычи кабарги с точки зрения закона? Все просто. Охотник получает разрешение на добычу охотничьего ресурса, которое представляет из себя бумагу с отрывной частью. Отрывная часть заполняется охотником после добычи животного и направляется в Службу по охране и использованию объектов животного мира Иркутской области. На отрывной части присутствуют сведения о виде, поле и возрасте добытого животного, само же разрешение остается на руках у охотника.

Но очевидно, что охотнику-тофу не с руки искать возможности для экспорта добытого мускуса самостоятельно, поэтому охотники сдают добытые ресурсы в организации, занимающиеся заготовлением продуктов охоты. Охотник получает живые деньги здесь и сейчас, организация же берет на себя все сложности с оформлением многочисленных разрешений, справок и документов, необходимых для экспорта продукта за рубеж. В первую очередь, это сертификат СИТЕС – документ, оформление которого необходимо в связи с участием России в международной Конвенции о международной торговле видами дикой фауны и флоры.

***

Этот документ оформляется федеральным ведомством – Росприроднадзором, и одним из ключевых условий для его оформления является подтверждение законности добычи самца кабарги. А сведения о половой принадлежности добытого животного отражены в отрывной части разрешения на добычу, которую законопослушный охотник направляет в региональную Службу по охране и использованию объектов животного мира. Казалось бы, что может быть проще – Росприроднадзору нужно только запросить эти сведения у региональной службы, да и дело с концом? Но нет. На этом бюрократическая карусель только начинается.

Дело в том, что в Административном регламенте по выдаче сертификата СИТЕС в качестве участвующего ведомства региональная Служба напрямую не указана, и потому в рамках межведомственного взаимодействия эти сведения Росприроднадзору не предоставляет. На протяжении двух десятилетий эта чисто техническая недоработка законодательства никого не смущала – заготовляющая организация запрашивала эти сведения у региональной Службы сама, сама же их предоставляла в Росприроднадзор, и процесс шел.

Все изменилось с приходом на должность руководителя Службы в 2022 году Валентина Бороденко – который внезапно решил, что такие сведения Служба выдавать заготорганизациям не обязана. И поэтому в 2022-2023 году эти справки начали выдаваться выборочно: какие-то организации их получают без проблем, а каким-то в выдаче сведений отказывают, ссылаясь на невозможность их предоставления.

Ситуация абсурдная, и в марте 2023 года в нее решила вмешаться Байкальская межрегиональная природоохранная прокуратура. В своем представлении, направленном в Службу, надзорный орган указал на незаконность отказа в предоставлении сведений субъектам предпринимательской деятельности, отметив, что кроме как в Службе, больше эти сведения запросить негде. Однако значимых подвижек в вопросе не произошло.

Более того, Росприроднадзор еще за неделю до поступления в Службу представления прокуратуры разъяснил Заместителю председателя Правительства Иркутской области Георгию Кузьмину, что предоставление упомянутой выше информации действительно является необходимым для обеспечения прав предпринимателей. Но ситуация продолжает оставаться напряженной, и уже полгода товар на общую сумму около 500 миллионов рублей не может быть реализован зарубежным покупателям.

***

С учетом тех санкционных ограничений, что наложены сегодня на нашу страну, в том числе и в части торговли пушниной, своими необдуманными действиями рушить экспорт мускуса – значит провоцировать социальный взрыв среди охотников и других работников отрасли. Ведь если из-за самодурства отдельно взятого руководителя нет возможности для легального экспорта мускуса, неизбежно появится экспорт нелегальный – по тем же лекалам, что имели место двадцать с лишним лет назад.

Тофалары, не имеющие иных источников заработка, будут вынуждены сдавать добытую струю кабарги за бесценок черным скупщикам – чтобы прокормить семьи. Государство не досчитается десятков миллионов рублей налоговых поступлений. А заработают на этом только нелегальные торговцы и коррумпированные сотрудники контрольно-надзорных органов, которые выпустят нелегальный товар за рубеж. И здесь не может не возникнуть вопроса: а в чьих интересах действует Валентин Бороденко?

Ведь если текущая ситуация продлится еще несколько месяцев, то имеет все шансы начаться волна банкротств заготовительных предприятий, «попавших в немилость» к руководству Службы – и это именно те последствия, о которых аккуратно предупреждала г-на Бороденко природоохранная прокуратура.

«Занятая Службой позиция не отвечает основным целям государственной политики, включающим обеспечение благоприятных условий для развития субъектов малого и среднего предпринимательства, оказания им содействия в продвижении производимых ими товаров на рынки РФ и иностранных государств, а также целям и задачам Службы».

Так какие цели преследует руководство Службы, ограничивая доступ на международные рынки одним предпринимателям, и обеспечивая его другим? Ответ видится очевидным. Мы не можем заявить о коррупционной заинтересованности руководителя Службы в текущей ситуации, однако полагаем, что его антигосударственная позиция, наличие которой отражено в представлении прокуратуры, дает все основания для такого предположения.

***

Специалисты агентства надеются, что компетентные государственные органы обратят внимания на правовые аномалии, происходящие в Службе по охране и использованию объектов животного мира Иркутской области, и в доступной форме разъяснят ее руководству нормы действующего законодательства Российской Федерации. Равно как и возможные последствия их несоблюдения – которые имеют все шансы стать куда более масштабными, чем могут себе представить отдельные чиновники.

ИА «Специальный репортер» будет следить за развитием событий.

Тофалария под угрозой: региональная власть ставит коренной народ Сибири на грань выживания
15:11
6532
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...